Рождение Кухулина
Перевод А.Смирнова


© неизвестный автор, "Compert Con Culainn", VIII ст.

© А.А.Смирнов (перевод), 1973

Источник: Література західноєвропейського середньовіччя / під ред. Висоцької Н.О. Вінниця, "Нова книга", 2003. 464 с. С.: 92-94.

Сканирование и корректура: Aerius (ae-lib.org.ua), 2004


 

Однажды, когда Конхобар вместе со своими самыми знатными воинами находился в Эмайн-Махе, случилось вот что. Налетели на окрестные поля птицы неведомой породы и стали пожирать все плоды, злаки, траву, всю зелень до самого корня, так что остались после них лишь сухая земля да голые камни. Великая пе­чаль охватила уладов при виде того, как погибает от этих птиц все пропитание их. И они решили снарядить девять колесниц, запрягши в них самых быстрых коней, ка­кие только были в Уладе, чтобы пустить­ся в охоту на птиц. Выехал на охоту и сам Конхобар, и сестра его Дехтире с ним; она в ту пору была уже взрослой девушкой и служила ему возницей. Выехали также и другие герои и возницы уладов, в том чис­ле Брикрен, сын Карбада.

Тогда птицы, улетая от них, устреми­лись в сторону горы Фуат и равнины Муртемне, к Эдман, к равнине Брега. Прекрас­на была стая, улетевшая от уладов. Во главе ее как вожак неслась большая пти­ца, величайшая, прекраснейшая в мире. Девятью двадцать было число всех птиц: они разделялись на пары, каждая из кото­рых была соединена цепочкой из светло­го золота. Двадцать же птиц прекрасной раскраски летели впереди других при каж­дой переправе, и каждая пара их была со­единена цепочкой из красного золота.

Затем птицы исчезли из глаз уладов, и никто не знал, куда они девались, кроме трех птиц, которые полетели на юг. Улады устремились вслед за ними, но тут настиг­ла их ночь, так что и эти три птицы скры­лись от них.

- Распряжем наших коней и поставим вместе колесницы,- сказал Конхобар. -Пусть кто-нибудь пойдет на разведку, по­искать, не найдется ли какого-нибудь жи­лья или пристанища для нас на эту ночь.

Пошли Конал Победоносный и Брикрен на разведку. Недолго пришлось им бро­дить: вскоре заметили они одиноко стоящий дом, не очень большой, с виду не­давно построенный и крытый белыми пти­чьими перьями. Он был внутри вовсе не отделан и ничем не убран; не было в нем даже полатей и одеял. Только задний угол был приспособлен под кухню. Не было видно в доме никаких ценных вещей и даже ничего съестного. Двое хозяев, муж и жена, сидевшие в доме, ласково привет­ствовали вошедших.

Конал Победоносный и Брикрен верну­лись к Конхобару и другим уладам и рассказали им все, что видели и разузнали.

- Какая польза нам идти в этот дом? Нет там ничего путного, даже пищи ника­кой. Да и мал он, чтобы приютить нас всех.

Все же улады решили направиться в этот дом. Они вошли в него все, сколько их было, поместились в нем со всеми сво­ими конями и колесницами, и оказалось, что все это заняло очень мало места в доме. И они нашли там вдоволь пищи и одеял, всякого удобства и приятности; ни­когда еще не случалось им лучше прово­дить ночь.

После того как они с удобством там расположились, они увидели в дверях мужа, с виду юного, необычайно высоко­го роста, с прекраснейшим в мире лицом. Он сказал им:

- Если вы считаете, что уже пришло время для ужина, то он будет вам сейчас подан. Ибо то, что вы ели раньше, было только закуской.

- Время как раз подходящее, - ответил Брикрен. И тогда им были поданы вся­кие кушанья и напитки, по вкусу и жела­нию каждого, после чего они, насытившись, захмелели и развеселились.

Тогда тот же муж им сказал: [93]

- Моя жена лежит сейчас в соседней комнате и мучится, рожая. Хорошо было бы, если б эта девушка с белой грудью, что с вами, пошла помочь ей.

- Пусть идет, - сказал Конхобар. Дехтире вошла в комнату, где рожала женщина. Вскоре та произвела на свет мальчика. В это же самое время статная кобыла, что была при доме, принесла двух жеребят, и юный муж подарил младенцу этих жеребят на зубок.

Когда улады утром проснулись, не было больше ни дома, ни хозяев, ни птиц, а одна лишь пустая равнина вокруг них. Они вернулись в великую Эмайн-Маху, захватив с собой новорожденного маль­чика, кобылу и двух жеребят, которые ос­тались подле них. Мальчик воспитывался при Дехтире, пока не подрос и не стал юношей. Тогда напала на него болезнь, и он от нее умер. Сильно оплакивали его все в Эмайн-Махе.

Больше всех печалилась Дехтире о смерти своего приемного сына. Три дня она ничего не ела и не пила. Затем, после та­кой тяжкой скорби, ею овладела сильней­шая жажда. Подали ей чашку с питьем. Когда она поднесла ее к губам, ей показа­лось, что какой-то крошечный зверек хочет прыгнуть ей в рот из чашки. Она дунула, чтобы отогнать его. Посмотрели все: никакого зверька не было больше видно. Снова подали ей чашку, чтобы она глотну­ла. И в то время, как она пила, зверек про­скользнул ей в рот и пробрался внутрь ее.

Тотчас же она впала в сон, длившийся до следующего дня. Во сне ей предстал некий муж и возвестил, что ныне она за­чала от него.

- Это я создал птиц, - сказал он ей. - Я побудил вас гнаться за птицами до того места, где я создал дом, приютивший вас. Я создал и женщину, мучившуюся рода­ми; я же принял облик мальчика, который там родился, и меня воспитала ты; это меня оплакивали в Эмайн-Махе, когда мальчик умер. Но теперь я снова вернул­ся, проникнув в твое тело в виде малень­кого зверька, который был в питье. Я - Луг Длинной Руки, сын Этлепа, и от меня родится сын, ныне заключенный в тебе. Сетанта будет имя его.

После этого Дехтире забеременела. Пошли от этого меж уладов споры и ссо­ры, ибо никто не мог понять, от кого зача­ла она. Говорили даже, что виновник это­го - сам Конхобар; ибо она часто спала возле него, так как он был к ней очень привязан.

После этого к Дехтире посватался Суалтам, сын Ройга. И Конхобар отдал ему сестру в жены. Она очень стыдилась взой­ти на его ложе, будучи уже беременной. Она подошла к столбу, оперлась на него плечом и стала бить себя по спине и бед­рам, пока - как ей показалось - не осво­бодилась от плода. И сразу же она обре­ла вновь свою девственность.

После этого она взошла на ложе Суалтама и родила ему сына. Величиной с трех­летнего ребенка был младенец. Прием­ным отцом его стал Кулан-Кузнец. Сетантой назвали мальчика, и имя это он носил до тех пор, пока не убил пса Кулана и не отслужил ему за это: с той поры стали звать его Кухулином.

(По изданию: Исландские саги. Ирландский эпос. - пер. А.А.Смирнова // БВЛ. М.: «Художественная литература», 1973. - С.583-586.)

 


© Aerius, 2004


Информационный сайт: недвижимость проект сауны. | Нет